Записки охотника

все, Жданов, выставка, Осипов, Гарипов, презентация, Ваши уши, Андреев, Путешествие, Усачев, Олейников, Алексеева, Выставка, Мягков, Пилипенко, Седов, Якубек, беседа, Галдин, Охотник, юбилей, Ярмарка, Красная площадь, Либерман, Москва, оленевод, подкаст, Редлих, Владивосток, встреча, геологи, книга, Лебедев, Месягутов, Мифтахутдинов, обзор, Отзыв, фотография, Шенталинский, Березский, Колыма, культура, Магадан, Маркова, Парасоль, Художник, экспедиции, Авченко, Азбука, Вронские, Голота, Гулаг, журнал, Итог, календарь, краудфандинг, Моторова, музей, нарочито, Радио, Райзман, Садовская, Санкт-Петербург, Спутник, Тенька, Цирценс, Акция, Быстроновский, Володин, Врублевская, город, Грибанова, Дальневосточный капитал, Дальстрой, Джазоян, интервью, Кухтина, Лебедева, Лекция, открывая Северо-Восток, Открытки, Путеводитель, рецензия, Рокхилл, Сахибгоряев, Сидоров, сказки, Солопов, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, Христов, Чайковский, Чукотка, Юбилей, Бабий, Богданов, БРЭ, БСЭ, Валотти-Алебарди, волонтер, Ворсобин, вуз, Гореликова, Гришин, Днепровский, Донбасс, живопись, Жуланова, Знак, Иванова, история, камень, Козаев, Козин, Кузьминых, Лагерь, Ленин, литература, логотип, мельница, Морской порт, озеро, Олефир, Орегон, охотник, Памятник, Переезд, Полуэктова, Портленд, Поэзия, Резник, Рим, Ряковская, Серкин, Серов, Сертун, СЖР, Сибирикс, стажировка, Степанов, Суздальцев, Сухарев, США, Урчан, Фентяжев, филателия, Церковь, Цыбулькин, Якутия

Время полярных бродяг

8 февраля 2021 | Ирина Оснач

«… Тепло их походных костров до сих пор сохраняется и явственно ощущается, передаваемое нам, читателям, со страниц прекрасных книг. Так же явственно, как шорох звезд на чистом ночном небе где-нибудь посреди Чукотки. Или Камчатки». 

Книгу Александра Смышляева «Время полярных бродяг» я ждала с нетерпением все то время, пока ее верстали, а затем печатали в Санкт-Петербурге. Ее еще не привезли на Камчатку, где живет ее автор Александр Смышляев, и в Магадан, где находится издательство «Охотник», выпустившее книгу, как я заказала ее по почте. Наконец, я получила бандероль, открыла и тут же, на почте принялась листать книгу…


Издатель и писатель. Павел Жданов и Александр Смышляев. Владивосток, 2020 г.ZHD_1857.jpg



Я была на почте, но совсем другой. Пахло сургучом, посылки были в фанерных ящиках, обшитых белой простыней или наволочкой, с адресом, написанным химическим карандашом. Посылки распарывали осторожно, чтобы еще раз использовать обшивку, а бляшки печатей отколупывали для круговорота сургуча: его на почте плавили и запечатывали новые посылки.

Улица тоже была иная. Не нынешняя, где машины стоят в пробках, а прохожие стерегутся коронавируса и ходят в масках. Это была улица поселка геологов на севере Камчатки: дома и общежитие, дальше — склады, камералка, электростанция, аэродром. А по улице ехал трудяга-вездеход.

Подарок от геолога Миши — «Роман-газета» с «Территорией».

Я родилась в середине 60-х на севере Камчатки, жила там в детстве и отрочестве. Отец был вездеходчиком, возил грузы на прииск. У него было много друзей-геологов. Один из друзей отца, геолог Миша, отдал ему «Роман-газету», весенний номер 1975 года, со словами: «Почитай, не оторвешься, про нас с тобой». В этом, уже изрядно потрепанном номере, был роман Олега Куваева «Территория».

Мой отец «Территорию» начал читать, да тут начались зимники, а это многодневные тяжелые дороги по снегу и льду. Я увидела «Роман-газету» на отцовском столе и прочла «Территорию» за несколько дней.

Потом пришел черед и другим книгам о Севере. Я брала их в поселковой библиотеке, и читала у окна, забывая включить свет, когда за окном становилось темно.

В то время даже не самый большой любитель книг, скажи ему имя Олега Куваева, назвал бы его роман «Территорию», повести «Не споткнись о Полярный круг», «Весенняя охота на гусей», «Дом для бродяг», «К вам и сразу обратно», «Птица капитана Росса», рассказ «Берег принцессы Люськи». Такая же известность была и у произведений Альберта Мифтахутдинова, его повестей и рассказов «Время игры в Эскимосский Мяч», «Воспоминания о Крабовой реке», «Очень маленький Земной шар»…

Можно сказать, что их книги были не только про геологов, но и про нашу общую жизнь – всех северян. Я застала «геологию» «полярных бродяг» в 70-е годы, слышала рассказы и о том, как работали камчатские геологи в 40-50-60 годы. Это были тяжелейшие маршруты по тундре и горам, сплавы по бурным рекам. Одно из золоторудных месторождений в Пенжинском районе было названо Сергеевским в честь начальника геологической партии Юрия Сергеева, трагически погибшего при перебазировке на новую стоянку в июле 1968 года.

«Нынешнему поколению геологов трудно представить условия работы в те годы. Вместо топографических карт использовались весьма приблизительные схемы орографии, на которых даже такие крупные реки, как Гижига, Пенжина, Оклан, Вывенка, Пахача в средних и верхних течениях, были показаны пунктиром. Транспортом для заброски партий в районы работ служили оленьи и собачьи упряжки. Геологи искали свои районы работ по рассказам пастухов-оленеводов, а способ возвращения с полевых работ целиком зависел от их инициативы и смекалки. Радиосвязи не было. О внутреннем транспорте и не мечтали. Выручали рюкзак да крепкие плечи и ноги»

Это воспоминания Юрия Павловича Рожкова, заслуженного геолога Российской Федерации, который был начальником Северо-Камчатской экспедиции («Геологи Камчатки. Золото, платина, алмазы. (Очерки по истории геологических исследований на Камчатке)», А. Смышляев, г. Санкт-Петербург, 1998 г.)

Палатки, обычно шестиместные, огромные рюкзаки, в которых и молоток, и образцы пород, и спальник, и банка тушенки. Накомарники, энцефалитки (куртка и штаны из плотной ткани, они были сшиты так, что защищали от клещей). Многодневные маршруты. Гнус, реки, медведи…

«Кроме весны и лета, зимы и осени, существует особая пора года. Она может начаться в апреле, может в мае, может в начале июня. Это время выброски геологических партий в поле. Поле… Этим словом живет весь поселок. Когда идет выброска геологических партий, поселок живет в новом ритме, и даже те, кто не имеет отношения к геологии, как-то окунаются в этот ритм. И потом, когда последний вертолет увезет последнего геолога, вдруг все удивятся наступившей тишине; первое время всем оставшимся в поселке будет чего-то не хватать, а потом догадаются, что все это долгое тихое время теперь стало временем ожидания, ожидания того часа, когда геологи начнут возвращаться». (Альберт Мифтахутдинов, «Очень маленький земной шар», «Современник», Москва, 1972 год).

Это было время геологов-бродяг — полярных, тундровых. Истинных романтиков. 

«Верность к холодным краям»

«Как они жили, эти романтики? О чем мечтали, думали? Какие люди их окружали? Мне давно хотелось приблизиться к ответам на эти вопросы, потому что с юности люблю их произведения. Кроме того, хотелось ближе узнать, еще раз перечитать и других писателей Севера, произведения которых пополняли и продолжают пополнять армию мечтателей-романтиков. После прочтения их книг люди становились путешественниками, альпинистами, геологами, океанологами, охотоведами, биологами и т.д. И писателями в том числе», — пишет Александр Смышляев в книге «Время полярных бродяг».

Литературную, романтическую тропу натаптывали по тайге, тундре и полярным льдам Тихон Сёмушкин, Михаил Зуев-Ордынец, Николай Шундик, Владимир Тан-Богораз, Владимир Обручев, сын его Сергей Обручев, Юрий Рытхэу, Григорий Федосеев, Леонид Пасенюк, Михаил Скороходов, Виктор Болдырев, Евгений Рожков, Герман Жилинский. И, конечно же, Джек Лондон, Джеймс Кервуд, и канадский прозаик Фарли Моуэт.

Сохранился отзыв Фарли Моуэта о творчестве Мифтахутдинова, о котором рассказал писатель Юрий Рытхэу:

«Года два назад я познакомил его с канадским писателем Фарли Моуэтом. Вернувшись от него в магаданскую гостиницу, Фарли мне сказал:
– Из этого парня выйдет настоящий писатель. Потому что он долго и тяжело болеет типичной болезнью – романтической влюбленностью в Север. Люди, перенесшие эту болезнь, на всю жизнь сохраняют верность к холодным краям и (это – уже загадка эволюции) почему-то становятся писателями…»*

Рассказывая о том, как «становятся писателями», Александр Смышляев пишет о том, как Север меняет людей. И как люди меняют Север – своими делами, и, как это высокопарно бы ни звучало, своими текстами, своими книгами.

Книга «Время полярных бродяг» не литературоведческая и не биографическая. Она для тех, кто любит север, путешествия по нему, жизнь в нем. Я бы сказала, что главный герой всей книги — Север. Именно о нем, о Великом Севере, и рассказывает Александр Смышляев через творческие судьбы писателей.

Глава, которой в книге «Время полярных бродяг» нет. Но она должна в ней быть!

«Подвижник и энтузиаст, он и сам мог быть героем книги «Время полярных бродяг», — говорится в аннотации к книге об ее авторе, Александре Смышляеве. От себя добавлю — не только мог быть, но имеет полное право, заслужил своими делами и книгами!

Александр Смышляев родился в Горной Шории, в Кемеровской области, в поселке горняков Темир-Тау. Дед — старатель, отчим — горняк, мать — геолог… Мальчишкой написал два больших романа про индейцев, про свою выдуманную жизнь среди них. Одним словом, молодого сибиряка Александра Смышляева и в жизни, и в творчестве влекла романтика.

В юности Александру пришлось принять непростое решение, он разрывался между двумя профессиями, думал, куда же пойти после школы: в геологический или в литературный?

Решение было принято неожиданно, по словам Александра Александровича, «друзья сманили в горный техникум».

Потом было распределение на работу в Кузнецкий Алатау — это отроги Западных Саян и Горного Алтая, которые клином вдаются далеко на север Сибири, разделяя ее на Восточную и Западную. Там геолог Смышляев сделал свое главное открытие — перспективное урановое рудопроявление. Назвал его Лоскутниковское – по фамилии отчима, который в том же году, за месяц до этого, трагически погиб в шахте.

Но Александру не сиделось на месте, хотелось новых горизонтов. Поехал на Камчатку, на ее Север, в Пенжинскую геологоразведочную экспедицию, работал на разведке золоторудных месторождений и россыпей золота. Затем «вырос» до заместителя начальника этой экспедиции. Открытие месторождения Кичаваямской россыпи золота – заслуга и Александра Смышляева, он россыпь оконтуривал: оценивал, опоисковывал.

«Я бы и дальше работал в геологии, эта стезя — моя, — рассказывает Александр Александрович. — Она меня по-настоящему захватывала и радовала, но в 1990-е годы стала разваливаться, как и многие другие отрасли экономики нашей страны. А писательство свое я не бросал».

Параллельно с писательством Смышляев увлекся журналистикой и тележурналистикой.

Прозаик, член Союза писателей России, автор 37 книг о Севере и Дальнем Востоке, лауреат Международной литературной премии «Полярная Звезда», Александр Смышляев работает как настоящий геолог: с геологическим молотком, горным компасом. Конечно же, это шутка, но никакие планшетные компьютеры, цифровые фотоаппараты и ноутбуки, не могут заменить писателю трудолюбия, умения добывать информацию, раскопать то, что не лежит на поверхности, то, что цепляет и заставляет браться за перо… Смышляев исходил практически весь полуостров, большую часть своих книг посвятил Камчатке: это художественная проза, историческая документалистика, труды по краеведению.

И самый главный «движитель» всех его трудов: Север, в который влюблен большой романтик Александр Смышляев.

«Вспышки сверх новых»

Может показаться, что книга «Время полярных бродяг» — только о прошлом, о середине двадцатого века. Да, времени с той поры прошло немало. Нынче жизнь в мегаполисах похожа на ту, что описывали писатели-фантасты, современники Куваева и Мифтахутдинова: роботы, QR-коды, небоскребы, бесконечные пробки… Мы не мыслим своей жизни без Интернета, гаджетов. На почте трек-код для отслеживания посылки, и никакого сургуча.

Но книга «Время полярных бродяг» очень современна, так же как современными остаются тексты, в которых писатели-романтики писали о нравственном кодексе, о жизни на излом, а «Родина», «честь», «долг» для их героев — вовсе не пустые слова. Они помогали выживать на Севере в середине двадцатого века и помогают жить северянам сейчас.

Именно поэтому до сих пор не утихают споры вокруг фильма режиссера Александра Мельника «Территория», который вышел в прокат в апреле 2015 года — насколько удачной была экранизация… Кстати, это не первая экранизация «Территории». В 1978 в прокат вышел фильм режиссера Александра Сурина, к сожалению, не многие помнят этот замечательный фильм, в котором была сохранена сюжетная линия романа.

Но несомненное достоинство фильма Александра Мельника — он вызвал интерес к творчеству Куваева, писателей, который писали и пишут о Севере.

Я уверена, что после многих лет тяжелого периода заброшенности нам предстоит возрождение Великого Севера. Сейчас много говорят об экономических решениях, который содержит в себе арктический проект. О дарах Севера, которые он раскроет при правильном хозяйственном освоении, прежде всего, огромного источника полезных ископаемых. Его Славе, в которой труд и подвиг первых землепроходцев и мореплавателей, и труд и подвиг геологов двадцатого века.

В январе этого года Александр Смышляев опубликовал на сайте «РП»«Домик под вулканом» (Размышления над книгой Геннадия Иванова «Горит костёр»).

Размышления о многом: людях, судьбах, Родине… Есть в «Домике под вулканом» и такие примечательные строки:

Полюби свою родину малую,
Полюби и цветы, и снега,
И студёную воду, и талую,
Полюби эту землю усталую
И прошедшие здесь века.


Геннадий Иванов словно дразнит нас, дальних. Дразнит и зовёт на Русь, на свою родину малую. Чем ответим мы ему? Чем я отвечу, сидящий в своем домике под вулканом и разглядывающий через оконное стекло ленивые змейки начинающейся долгой камчатской пурги? (…)
Родились и прижились мы на земле Дальней России. И светла да любима для нас эта наша земля».

Помните слова Ломоносова: «России могущество будет прирастать Сибирью и Северным океаном»?

Прирастало и будет прирастать светлой и любимой землей!

Слава полярной державы, это — не только месторождения, экономика, морской транспортный путь… Это осознание величия Севера, северной идеи, которая была понятна душе и сердцу россиян в эпоху романтики. И станет благословением для нас нынешних.

«Куваев и Мифтахутдинов прожили короткие жизни, Олег Куваев вообще ушел от нас в сорок лет, но «вспышки сверхновых» еще долго будут светить сквозь пространство безграничных человеческих эмоций. Лучи от этих вспышек летят через сердца и души, пронзая и захватывая всё новые поколения».

Как не согласиться с этими словами Александра Смышляева?

И пусть на нынешних улицах пробки, и никаких вездеходов, а в арсенале у современных исследователей Севера появились GPS-устройства и никого не удивишь спутниковыми телефонами, неисправимые романтики есть и сегодня.

«Романтика жива! – пишет автор книги «Время полярных бродяг» во вступлении. – И романтиков много. Просто они другие, я бы сказал – более экипированные, подготовленные. Но такие же безоглядные, готовые ради любви к жизни, а то и настоящим трудностям, а уж красотам мира – точно, отправиться на край света. И отправляются. И гибнут порой, но идут. Кто-то покоряет горные вершины, кто-то – океанские просторы, а кто и Чукотку, Камчатку, Аляску, где еще есть что покорять, есть, где испытать себя на прочность и человечность. (..) Не все пишут книги, и даже не все ведут походные дневники, но любовь к приключениям в этих людях неистребима. Они едут на снегоходах, идут на лыжах или пешком, сплавляются на лодках, штурмуют вершины и ныряют в глубину – все они романтики».

Источник rospisatel.ru