Записки охотника

все, Жданов, выставка, Осипов, Гарипов, презентация, Андреев, Путешествие, Ваши уши, Усачев, Олейников, Алексеева, Выставка, Пилипенко, Седов, Якубек, беседа, Галдин, Охотник, юбилей, Ярмарка, Красная площадь, Либерман, Москва, Мягков, оленевод, подкаст, Редлих, Владивосток, встреча, геологи, книга, Лебедев, Месягутов, Мифтахутдинов, обзор, Отзыв, фотография, Шенталинский, Березский, Колыма, культура, Магадан, Маркова, Парасоль, Художник, экспедиции, Авченко, Азбука, Вронские, Голота, Гулаг, журнал, календарь, краудфандинг, Моторова, музей, нарочито, Радио, Райзман, Садовская, Санкт-Петербург, Спутник, Тенька, Цирценс, Акция, Быстроновский, Володин, Врублевская, город, Грибанова, Дальневосточный капитал, Дальстрой, Джазоян, интервью, Итог, Лебедева, Лекция, открывая Северо-Восток, Открытки, Путеводитель, рецензия, Рокхилл, Сахибгоряев, Сидоров, сказки, Солопов, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, Чайковский, Чукотка, Юбилей, Алавердова, арбуз, Бабий, Багно, Богданов, БРЭ, БСЭ, Валотти-Алебарди, волонтер, Ворсобин, геология, герб, Гореликова, Гришин, Днепровский, Донбасс, живопись, Жуланова, Знак, Иванова, издательство, Индия, история, Козин, Комаров, Комков, Лагерь, Латвия, литература, логотип, Мальты, Моуэт, Мурманск, Огородников, озеро, Пакет, Памятник, Питер, Полиметалл, Полуэктова, Разное, Романов, Рытхэу, Ряковская, Свистунов, Серкин, Сорокач, стажировка, Степанов, Тимакова, Тихая, Урчан, филателия, Христов, Церковь, Широков, Эдидович

Подарок

17 августа 2020 | Федор Редлих

Юбилей! Что это такое? Знаменательная дата, обозначающая какой-то важный этап в жизни.

У меня их было много – 18-летие, 25-летие, периодические отрезки со времени свадьбы, разные там бумажные, ситцевые, серебряные, золотые, алмазные – кто до какой доживет), ну а потом пошли юбилеи посерьезнее – 50-летие (полтинник), а дальше кому как повезет – 70, 75, 80… 100.

Юбиляр Павел Жданов. Магадан, 2020 г.
Zhdanov.jpg

И вот где-то между полтинником и семидесятилетием скромно вкралась цифра 60. С одной стороны, зрелый возраст, сил хоть отбавляй, девушки на тебя еще заглядываются, планов на будущее до ста лет не успеть. А с другой – как обухом по голове – пенсионный возраст. Какие там планы на будущее – ты уже старпер, пенсионер. Но, как при любом юбилее, подарок ты все-таки получишь. Это уж как пить дать. Правда, теперь все больше отделываются смс-ками или коротеньким телефонным звонком.

Я так не привык. Поздравлять так поздравлять – с выдумкой или приколом, но обязательно, чтоб запомнилось. Помню, на юбилей Камилю Козаеву (не буду разглашать его возраст) долго мучился, что б такое подарить. На помощь пришел мой сосед Петр. Он выпускник Строгановского училища, мастер по стеклу и ковке. Решили остановиться на бутылке. На солидном штофе пескоструйным методом была выполнена «Маска Скорби», скульптором которой был Эрнст Неизвестный, а архитектором Камиль Козаев. На оборотной стороне литрового штофа скромненько – К. Козаев. И никаких цифр – Маска же бессмертна!

И вот весной этого високосного года Павлу Юрьевичу Жданову, для меня просто Паша, так как-то теплее, по-дружески и не выдает возраста и положения, стукнуло 60. Вроде бы и поздравить надо, и подарок преподнести. А с чем поздравлять, на что делать упор? Намекнуть на пенсионный возраст – может обидеться, хотя это не в его характере. Дарить бутылку, пусть даже мастерски сделанную, непьющему человеку – удар явно ниже пояса. Стали с Петей думать-гадать.

Федор Редлих у себя на даче с одной из знаменитых подарочных бутылок. Московская область, 2019 г.
OSI_2397.jpg

А тут на глаза попалась мне фотография Андрея Осипова – Паша стоит, опершись на перила, и о чем-то задумался. О чем может думать директор издательства «Охотник»? Конечно, о работе. Мол, идей много, а денег на них мало. Вот этот момент задумчивости Павла и дал мне первый толчок к созданию подарка. А дальше все развивалось стремительно – Андрей по моей просьбе сделал панно из последних изданий «Охотника». В Москве наложили задумчивого Павла на десяток выпущенных за последние годы книг. Осталось за малым – сделать подпись. Самое время напомнить о пенсионном возрасте и не забыть о работе. Вот так родилась подпись «И это только начало…»

С самого начала было ясно, что простой фотографией в рамочке тут не отделаешься, и Петя предложил сделать кованую раму. Бросались из стороны в сторону, что ковать. Естественно, стланик – один из символов Колымы. С большим трудом из проволоки сделали иголки, потом отлили шишечки (правда, не совсем колымские, но что взять с москвича, хоть и мастера). Одна сторона рамы уже высвечивалась, когда встал вопрос о второй. Тут мы немного отошли от колымской темы. Вспомнили, что Паша родился в России, рядом с Ясной поляной, и вторую сторону рамки украсили дубовые листья и желуди. Вообще-то верх таких изделий украшает корона, но Колыма – не Королевство Великобритания и даже не княжество Лихтенштейн, и мы решили вварить туда большой самородок. Откуда-то появился кусок медного шлака – очень похож на гигантский самородок. Но вварить его в раму оказалось делом невозможным. Пришлось несколько раз припаивать специальным серебряным припоем. После матирования золотой краской кусок шлака стал действительно похож на самородок.

Осталась только нижняя часть рамы. Я предлагал клюкву и бруснику, но, выполненные в черном металле, они не «играли». Селедку и краба тоже забраковали – это все-таки подарок к юбилею, а не к свадебному столу.

И тут я вспомнил об эдельвейсе – символе недоступности и любви. Тем более что на берегах бухты Нагаева он растет. Нам показалось, что именно эдельвейс должен быть в нижнем правом углу. Долго упрашивал Петра сделать хотя бы эдельвейс цветным. Безуспешно.

И, естественно, встал вопрос, как же все-таки намекнуть, что это к 60-летию. На металлической пластине лазером выжгли цифру 60 и подвесили ее к раме. Хотели еще привязать мешочек с «запчастями» – набор цифр 70, 80, 90 и 100, но вовремя отказались.

Взвесили «подарочек» – почти 8 кг! И только тут вспомнили, что отправлять-то его надо в Магадан.

Несколько дней колдовал с упаковкой – завернул в утеплитель, чтоб не поломались иголки стланика и не отвалился самородок. Сделал каркас и обшил посылку фанерой. Приделал ручки. Получилась ручная кладь размером 70×70 см и весом почти 10 кг. Ни в какой салон самолета с ней не пустят, а сдавать в багаж опасно.

И тут судьба нам улыбнулась – в Магадан летела группа из Музея истории ГУЛАГа во главе с его директором Романом Романовым. Как оказалось, у него, что называется, в Шереметьево «все схвачено», и он доставил подарок из рук в руки.

Вот и вся эта история с подарком. Что буду дарить в следующий раз, ума не приложу. Время покажет!