Записки охотника

все, Жданов, выставка, Осипов, Гарипов, презентация, Андреев, Путешествие, Ваши уши, Усачев, Олейников, Алексеева, Выставка, Пилипенко, Седов, Якубек, беседа, Галдин, Охотник, юбилей, Ярмарка, Красная площадь, Либерман, Москва, Мягков, оленевод, подкаст, Редлих, Владивосток, встреча, геологи, книга, Лебедев, Месягутов, Мифтахутдинов, обзор, Отзыв, фотография, Шенталинский, Березский, Колыма, культура, Магадан, Маркова, Парасоль, Художник, экспедиции, Авченко, Азбука, Вронские, Голота, Гулаг, журнал, календарь, краудфандинг, Моторова, музей, нарочито, Радио, Райзман, Садовская, Санкт-Петербург, Спутник, Тенька, Цирценс, Акция, Быстроновский, Володин, Врублевская, город, Грибанова, Дальневосточный капитал, Дальстрой, Джазоян, интервью, Итог, Лебедева, Лекция, открывая Северо-Восток, Открытки, Путеводитель, рецензия, Рокхилл, Сахибгоряев, Сидоров, сказки, Солопов, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, Чайковский, Чукотка, Юбилей, 42, Damien, Аляска, Байдарова, Бангладеш, Бельгия, Владимир, Возрождение, вуз, газета, Гетман, Гоголева, Гроу, Гусейнов, Дьяков, Жилинский, журналист, закулисье, Исайченко, Кадцин, камень, карта, каталог, Крест, Куваев, Левданская, Ленин, мельница, Морской порт, несвобода, Олефир, Орегон, охотник, Памятник, Переезд, Портленд, поход, Поэзия, Прусс, Резник, Рим, Розенфельд, Серов, Сертун, СЖР, Сибирикс, стул, Суздальцев, Сухарев, Сущанский, США, творчество, Фентяжев, Флеров, Цыбулькин, Якутия, Яновский

Уповать только на себя и делать хоть что-то

16 апреля 2020 | Дмитрий Андреев, Арсений Гарипов

Корреспонденты подкаст-станции «Ваши уши» встретились с директором издательства «Охотник» Павлом Ждановым  

– Павел Юрьевич, если бы к вам сейчас в дверь постучался автор Библии и попросил издать книгу, сколько бы это стоило?
– Интересно, какой из авторов пришел бы? Это было бы Евангелие от Матфея? От Иуды? Это же вопрос серьезный. Чью Библию мы будем публиковать? Или полное собрание, но тогда уже не автор…  

– Евангелие от... 
– Во-первых, надо определиться, какой формат; какое количество знаков в книге, просто сколько страниц; как серьезно мы будем издавать книгу. Многие Библии, которые я держал в своих руках, меня не устраивают по качеству: папиросная бумага, мелкий шрифт… На кого это рассчитано? В кармане носить? Но читать и искать нужное неудобно. Считаю, книга должна быть ориентирована, в первую очередь, на читателя, а так как это Книга Книг, то она должна быть издана не то чтобы «дорого», – она должна быть хорошо издана и удобной читателю любого возраста, с соответствующими иллюстрациями. Это было бы не дешево, но не дороже чем некоторые издания «Охотника». Но с Иуды мы бы, наверное, взяли немножко больше, по крайней мере, на 30 серебренников. 

Дмитрий Андреев, Арсений Гарипов, Павел Жданов, Вячеслав Исайченко и Андрей Осипов. Колымское водохранилище, апрель 2019 г.OSI_6372.jpg
 
 

– За какую книгу вам больше всего стыдно? 
– Честно скажу, что ни за какую. Проблема в чем заключается. Есть книги, которые ты делаешь сам, выбираешь автора, договариваешься с ним об условиях; если обе стороны приходят к соглашению, – начинаете работать, выпускаете книгу. За эту краснеть ну просто невозможно. 

А есть ситуации, когда заказчик не автор, а, например, руководитель предприятия или организации, к тебе приходит, предлагает выполнить какой-то заказ, – ты соглашаешься, вы о чем-то договариваетесь, вы вроде расставляете все точки над «i», но в процессе работы заказчик начинает говорить: «Мне вот это не нравится, мне вот то не нравится…» В договоре подобные вещи обговорить почти невозможно. И наступает момент, когда ты больше не можешь уступать и поступаться своими представлениями об эстетике, об этике и т. д., и просто говоришь: «Я больше этого делать не буду». И у нас несколько книг не состоялось: мы отказали ряду высокопоставленных чиновников и сказали, что не будем этого делать по той самой причине, что люди хотели испортить заведомо хорошую идею, которую сами же и придумали. В подобных ситуациях лучше отказаться от денег, чем делать что-то плохое. Самое главное – любую книгу нужно делать с хорошим настроением и талантливо; привлекать талантливых людей, способных видеть нестандартно.  

– Люди спрашивали, в частности, о «Волшебной Колыме»: «А почему иллюстрировал не магаданец, а писал тоже не магаданец, как может человек, не живший на Колыме, написать колымские сказки?!» 
– Хороший вопрос. Во-первых, я считаю, что заблуждением является утверждение – человек, не живший на Колыме, не может написать книгу о ней. Ведь Обручев написал «Землю Санникова», «Плутонию»; Алексей Толстой написал «Петра I», – Алексей Толстой не знал ни опричников, ни Меньшикова, Ни Петра, ни всех остальных героев своего романа; Лев Толстой никогда не был знаком с Наполеоном, никогда его не видел, а уж о чем тот думал, тем более; его Бородинское сражение – это теперь Бородино каждого, прочитавшего «Войну и мир». Владимир Высоцкий и Леонид Мончинский написали неплохой роман «Черная свеча», это о Колыме, и там есть, конечно, некие огрехи, которые можно было бы абсолютно легко убрать консультанту или знающему специфику редактору: стая журавлей пролетает, или герои после побега из лагеря где-то в стогу возле Оротукана ночуют поздней осенью… Это не значит, что возле Оротукана не может быть стога, но они делают это зимой; сомневаюсь, что кто-то из беглых заключенных в стогу мог бы при таких температурах зимой переночевать. Все эти нюансы.  

Ну а все эти высказывания по поводу Усачева и Олейникова… Если бы человек прочитал книжку «Волшебная Колыма», то этот вопрос, уверен, у него не возник бы. Авторы такого уровня, как Андрей Алексеевич и Игорь Юльевич, такой эрудиции, таланта, не побоюсь сказать, гениальности, спокойно решают эти вопросы, неважно, какой географии та или иная книга. 

Если расширить вопрос, то основные авторы «Охотника» – как раз магаданские писатели, магаданские художники. Ну вот, например, стихи интереснейшего магаданского поэта Алексея Гарипова, выходившие в нашем издательстве, оформлены при участии художников магаданских: Александра ПилипенкоВладимира Мягкова. В то же время мы делали книгу стихов и песен Андрея Сорокача и попросили проиллюстрировать ее как раз Игоря Олейникова, потому что хотелось, чтобы это было видение стороннего человека, более абстрактное, – человека, смотрящего на творчество Андрея Сорокача со стороны. Думаю, получилось здорово. Книги Насти Якубек выходили с рисунками Филиппа Куценко и Саши Пилипенко.  

В каждом проекте есть свои задачи, поэтому мы привлекаем тех авторов, тех художников, помогающих их решить, вот и все. Несколько лет назад делали альбом художника Александра Пилипенко, – это большой каталог, серьезное издание. Наверное, в Магаданской области ничего подобного до сегодняшнего дня не выходило. И мы привлекли искусствоведа со стороны по простой причине – в Магадане сегодня, к огромному сожалению, нет ни одного искусствоведа, да и вообще человека, способного написать серьезную вступительную статью к подобному каталогу. Поэтому мы обратились в Приморскую картинную галерею к Наталье Андреевне Левданской, – она согласилась и написала замечательное предисловие к этой книге.  

Сегодня мы работаем над альбомом художника Александра Мягкова, ведем переговоры с Третьяковской галереей; недавно получили положительный ответ. Мне кажется, закономерным является желание привлечь какого-то авторитетного специалиста, способного дать профессиональную оценку творчеству и таланту того или иного мастера.  Но в каких-то случаях самое оптимальное – использовать местного эксперта. Повторяю, не вижу никаких проблем в том, кто пишет и о чем пишет. Вопрос только таланта и мастерства.  

А вот какие-то фотоальбомы очень трудно создать человеку со стороны по ряду причин (но это не значит, что он его не создаст, – все зависит от мастерства). Я знаю, например, замечательного фотографа из Москвы Георгия Шпикалова, думаю, что если бы он приехал и провел какое-то время здесь, то сделал бы прекрасный альбом про Колыму, про Магадан. 

Не считаю, что человек, не живущий или не живший на Колыме, не может написать о ней. Я знаю многих, кто всю жизнь здесь прожил и не написал ничего хорошего, и не сфотографировал ничего хорошего, и в живописи ничего достойного не написал.   

– Каково вернуться в родной поселок и увидеть, что твоего дома нет? 
– С десяток лет назад я совершил такой неоднодневный, многоразовый, скажем так, тур. Хотел для своих родителей отснять те места, где они когда-то работали, куда нас с сестрой привезли на Север. Хотел, чтобы они посмотрели на «родное», вспомнили прекрасное время молодости и своей зрелости. Я был в двух поселках: на Белова, там что-то еще осталось, и наш дом, кстати, в тот момент стоял, через пару лет его уже не стало; и был в поселке имени Марины Расковой. Но там уже не было ни поселка, ни тех домов, в которых мы жили. 

Знаете, у меня не было чувства апокалипсиса («Все пропало! Все погибло!»). На Белова я поймал себя на чувстве, что счастлив оттого, что нахожусь в том месте, где был счастлив. Это было впервые испытанное чувство: я ощущал запахи, – они с детства не изменились; чувство грусти, конечно, было, но это было чувство счастливой грусти.  

Когда ты движешься вперед и находишься в какой-то гармонии с собой, чувства депрессии не возникает. Мне кажется, в жизни самое важное – жить в согласии с собой, с тем, что заложили в тебя родители, предки.  

– К вам каким-то образом наверняка попадали пластинки с хорошей музыкой. 
– Мы разговариваем о роке?  

– Да, о роке. 
– Через Японию, Америку, где покупало, минуя санкции, они и тогда были, объединение «Северовостокзолото» оборудование; в порт приходили пароходы, рыболовные траулеры, через эти пути на Колыму попадали, естественно, и пластинки, диски, винил. Я говорю про советское время, 60–70-е годы. Колыма – намного ближе находящийся к западной музыке край. Многие вещи я здесь записывал на магнитофон не через 1–2–3 года, а через несколько месяцев после того как диск выходил в Англии или США, а в Центральной России их еще не скоро видели. Здесь был (во всяком случае, у меня складывается такое впечатление) достаточно продвинутый край, где было много хорошей японской аппаратуры, разнообразной музыки – и поп и рок. Во многом это объясняется и значительной прослойкой горной, геологической интеллигенции…  

– Рубрика «Отцовский совет»: как понравиться женщине, и что с ней делать потом? 
– Это сугубо индивидуально. Только опыт вам даст и понимание, и интуицию. Вообще глубокое мужское заблуждение по поводу того, что мы кого-то завоевываем или можем понравиться. Мне кажется, женщины во взаимоотношениях сами определяют, с кем быть, как быть, как долго быть и так далее. Но не стоит – ха-ха! – избавляться от того заблуждения, что мы, мужчины, якобы что-то решаем в этом вопросе...  

– Нужно ли женщине вообще нравиться, чтобы чего-то от нее добиться? 
– Ну она же и так уже все решила, женщина практически сразу понимает – нравишься, точнее нужен ли ты ей или нет; наверное, это происходит где-то на уровне суперинтуиции. Они выбирают.  

– Вы когда-то работали в школе, водили учеников в походы. Как думаете, сейчас это возможно – взять, собрать всех своих пацанят и повести куда-нибудь на сопку? 
– Мне кажется, что все возможно в любое время. Человек или делает, или не делает. Если он хочет что-то преодолеть, его ничто не может остановить. Мне сегодня трудно говорить про новую школу. Сегодня принято школу ругать. Как у человека, проработавшего в школе 20 лет, нет ощущения «погибели». Моей младшей дочери 8 лет, она ходит в школу, и я вижу, что сегодня нисколько не хуже и не лучше, – по-другому, нежели чем когда я работал в школе. Это другое мне интересно. 

Многим коллегам не нравилось, что я делал тогда и как я делал, но не припомню, чтобы мне об этом кто-то говорил. Я просто делал, и все.  

С удовольствием вспоминаю те годы, когда работал в школе, мне это очень нравилось. Особенно в 1-й школе, когда ею руководила Любовь Шайтанова. Великий человек, выдающийся директор. Но после просто наступил такой период, когда однажды открыл холодильник, это были 90-е годы, а там тогда еще маленькая (сейчас уже совсем взрослая) дочь повесила мышку. Метафора материализовалась. И я понял, что все – хватит. Эта мышка заставила поменять жизнь. И она коренным образом изменилась во всех ипостасях. Не думаю, что я изменился, но жизнь меня заставила двигаться в другом русле. Я вообще мало верю, что люди меняются, – они не становятся хуже или лучше, они такие, какие они есть, с того момента, как только родились. Я, наверное, и до сих пор работал бы в школе и получал от этого удовольствие, но сегодня я счастлив тем, что имею.  

– Последний вопрос – трасса 
– Трасса – она и есть трасса. Когда-то на картах пунктиром были обозначены построенные участки дороги, автопролазы, куски зимника… Замечательно, что у нас есть такие понятия, как «золотое кольцо» или «трасса». Это свой земной шар, территория со своими границами и центром. Закрылись многие поселки, цветущие в 70-е, – это уже свершилось, нечего горевать. Это как сокрушаться по поводу того, что вы полысели, пополнели или у вас появились морщины. Нужно с этим согласиться и счастливо жить дальше, что-то созидая.  

Жалко, конечно, что нет каких-то указателей, которые стояли бы у дороги и говорили, что здесь было то-то. Я понимаю, что власти это не очень удобно, потому что сразу будет выглядеть как «раньше чего-то было много, а сегодня этого нет». Конечно, это не может интересовать людей, которые здесь никогда не жили и приехали с другого конца страны на 3–4 года…  

В принципе, и наши родители приезжали на 3–4 года, но потом оседали здесь и жили 10–15–20 лет, кто-то и всю свою до конца оставшуюся жизнь прожил, потому что этот край на душу лег, стал настоящей родиной, и они никуда не уехали. А большинство приезжающих специалистов четко знает, что они здесь ненадолго, и их абсолютно не интересует ни история, ни культура края. Поэтому мы сегодня находимся в этом положении. И не трасса в этом виновата. Это общая тенденция людей, работающих и на трассе, и в Магадане – и гастарбайтеры, и...  

– Давайте не будем произносить слово на букву «в»… 
– …и варяги. Варяги не всегда плохи, но иногда они просто отвратительны, потому что их не интересует такое понятие как культура, в самом широком смысле, потому что это не только живопись и литература; мы говорим и о культуре сельского хозяйства, о культуре производства и так далее. Они просто сторонние наблюдатели, и всё, хотя имитируют деятельность (это стало таким современным брендом); на самом деле эти люди в большинстве случаев ничего не производят и не делают.  

Раньше человек приезжал (это принципиальная разница человека на трассе сегодня и вчера), получал какое-то жилье, жил здесь год-два-три, прежде чем поехать в отпуск. Он знакомился с территорией, с географией, пусть даже близлежащей; ходил на охоту, рыбачил; у него появлялись друзья и так далее. Сегодня же ситуация другая – он приезжает на три-четыре месяца, живет в вагончике, в балке у себя на руднике, после этого уезжает. Это не очень здоровая тенденция, но, мне кажется, обрастание мясом нового скелета должно произойти: вокруг стабильно работающих рудников неизбежно опять будут образовываться новые школы, детские сады, потому что все равно нужны люди, которые будут стабильно здесь обслуживать тех вахтовиков, кто приезжает-уезжает. 

Поэтому если говорить о трассе, то сегодня я ее воспринимаю как путешественник, который приезжает, фотографирует, любуется и пытается людям – и местным, и приезжим – показать, какая у нас замечательная территория, как у нас красиво: «Езжайте сюда, восхищайтесь, смотрите». Такая вот задача. Возвращаясь к нашим проектам: если подобных книг будет больше, то и людей, сюда приезжающих, будет больше. Ведь в основном этот поток, любое движение приезжающих людей определяется чем? – информацией. Если вы знаете, куда вы хотите приехать, что посмотреть, то вы приедете и посмотрите. А негативный момент сегодня исходит в основном как раз от пришлых журналистов или блогеров – околожурналистских людей, они сюда приходят и говорят: «О! Смотрите! Здесь все умерло», – это точно так же, как прийти на кладбище и так же кричать: «Все погибли! Все умерли!» Ну да, те уже умерли, а другие вместо них живут. Вы же здесь живете, и что-то я не вижу, чтобы вы были депрессивные и умирающие.  

Дмитрий Андреев и Арсений Гарипов, позади – Павел Жданов. Колымское водохранилище, апрель 2019 г.OSI_6012.jpg 

– Пожелания для наших слушателей и вопрос следующему гостю.  
– Вопрос: что, по-вашему, должно появиться в нашем городе помимо спортивных сооружений? Пожелания: самое главное – не надо ни при каких обстоятельствах унывать; не надо кивать на каких-то чиновников, которые приходят и уходят; нужно что-то делать, придумать свое дело и уповать только на самого себя – не на бога, не на черта, не на губернатора, не на президента. 




Следите за жизнью «Ваших ушей»: сорок восьмой выпуск – с Павлом Юрьевичем Ждановым, директором издательства «Охотник». Про этого человека уже много сказано и написано, так что мы решили немного раздвинуть границы традиционных интервью, к которым он так привык. «Охотник» – артерия культурной жизни всей Магаданской области, и даже «Ваши уши» за многое ему благодарны.                 
  
   

vk.com/vashiushi     
youtube.com     
instagram.com