Записки охотника

все, Жданов, выставка, Осипов, Гарипов, презентация, Андреев, Путешествие, Ваши уши, Усачев, Олейников, Алексеева, Выставка, Пилипенко, Седов, Якубек, беседа, Галдин, Охотник, юбилей, Ярмарка, Красная площадь, Либерман, Москва, Мягков, оленевод, подкаст, Редлих, Владивосток, встреча, геологи, книга, Лебедев, Месягутов, Мифтахутдинов, обзор, Отзыв, фотография, Шенталинский, Березский, Колыма, культура, Магадан, Маркова, Парасоль, Художник, экспедиции, Авченко, Азбука, Вронские, Голота, Гулаг, журнал, Итог, календарь, краудфандинг, Моторова, музей, нарочито, Радио, Райзман, Садовская, Санкт-Петербург, Спутник, Тенька, Цирценс, Акция, Быстроновский, Володин, Врублевская, город, Грибанова, Дальневосточный капитал, Дальстрой, Джазоян, интервью, Лебедева, Лекция, открывая Северо-Восток, Открытки, Путеводитель, рецензия, Рокхилл, Сахибгоряев, Сидоров, сказки, Солопов, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, Христов, Чайковский, Чукотка, Юбилей, авиаперегон, арбуз, АСКИ, Ахметов, Бабий, Богданов, БРЭ, БСЭ, Валотти-Алебарди, Ворсобин, газета, геология, Гоголева, Гореликова, Днепровский, Жиронкина, Жуланова, журналист, закулисье, Знак, золото, издательство, Канада, карта, каталог, Козин, Кузьминых, Кухтина, Лагерь, Латвия, Ленин, Мальты, Моуэт, Мурманск, несвобода, Орегон, Переезд, Пилигрим, Питер, поход, почетный житель, Прусс, Рим, Розенфельд, Романов, Свистунов, Сибирикс, стул, Сущанский, творчество, туризм, Флеров, Ханькан, Хетагурова, Широков, Яновский

Мы уедем, они останутся

5 октября 2015 | Андрей Осипов

Больше месяца прошло после возвращения домой, но в голове то и дело всплывает фраза «Мы уедем, они останутся – আমরা তারা থাকবে, ছাড়বে». Может показаться, что смысла в ней не так много, однако, лето 2015 года вдохнуло бесконечное число событий в эти четыре коротких слова. И пока я не начал свой рассказ, мой вам совет, нажмите «play» и смело продолжайте читать.

Июль и август я провел в Бангладеше, работая в группе волонтеров на строительстве охладительной комнаты и гаража для госпиталя в городе Майменгсингх (под патронажем благотворительного фонда Damien Foundation). Мне казалось, что я плету удачу и все происходящее вокруг – стечение обстоятельств. Цепочка событий. Тем не менее не поверить в сверхсилы, подтолкнувшие к этим событиям, я так и не смог.

Люди давно нашли ответы на все тайны мироздания, объяснив все законами физики и денег. И уже никого не удивляют ни закатывающееся за горизонт солнце, ни события последних 15 минут. Мир стремительно бежит вперед. Я не хочу показаться религиозным фанатиком, кто стучится в двери и сеет вечное. Нет. Я всего лишь нашел время, а главное – место, чтобы задать себе главный вопрос путешествия и окончательно решить – а есть ли Бог?

OSI_3081.JPG

19 июля  
১৯ জুলাই
 

Первый день в Бангладеше. Перелет был неожиданно долгим. Высокая влажность, небо затянуто прочно – сезон дождей. На минуту я даже подумал, что этот дождь не прекратится до конца поездки. Дождь льет почти постоянно, с небольшими перерывами (на обед и прогулку, видимо).

20 июля
২০ জুলাই

Двинулись на юг, в направлении города Майменсингх, где находится наше место работы. Промежуточная база – госпиталь Джалтатра, построенный также фондом Damien. Здесь мы проведем две ночи, знакомясь с пациентами и с устройством больницы.

В обед доехали до рынка, где решили купить местную одежду, чтобы не выглядеть попугаями в европейских нарядах. Панджаби – длинная рубашка, которую здесь носят абсолютно все мужчины, и сарвалкомис («three pieces» – набор из трех предметов) – женское закрытое платье до колен с рукавами три четверти, шаль и брюки. Вся одежда из хлопка, легкая, освежающая и удобная.

07.jpg

По дороге мы перекусили в местной столовой, очень милое и такое типичное заведение. Повсюду грязь неземного происхождения, хотя сами столы чистые. Мебель вся простая, деревянная, на задней стенке – рукомойники и мыло. Я, не особо церемонясь, пошел на кухню смотреть. Все готовится на открытом огне, повар – мужчина, женщина резала овощи прям на полу. На стенах висят какие-то закопченные чаны, сковороды. Всюду корзины с продуктами.

OSI_1485.JPG

Kitchen

Нам принесли прожаренную лепешку с луком и яйцом. Очень вкусная! Бенгальская кухня вообще простая: самые простые продукты и приправы. Много сладостей и десертов на молоке.

21 июля
২১ জুলাই

Ночью несколько раз отключали электричество, и вентиляторы под потолком переставали работать. Организм просыпался от жары. Чувствую себя немного колониалистом, атмосфера располагает к таким мыслям. Плетеная мебель, джунгли вокруг, звуки цикад. Рядом с домом растет грейпфрут, но местные утверждают, что это апельсин.

В дороге начался безумный ливень, и дорогу размыло в секунду. Встали мы около прихода священника-европейца, который приехал в Бангладеш 60 лет назад и остался. Сейчас ему 86.

Party bus

Комната начала 20 века, с высокими потолками, камином и массивной деревянной мебелью. Слева от входа – стол, за которым он разбирал письма. Освещала комнату только маленькая настольная лампа. Священник закончил свою работу с конвертами и уже после стал расспрашивать нас, а мы его. Тогда я услышал термин «legtrisity» – смесь ноги и электричества. Он правой ногой постоянно жал педаль под столом, как на швейных машинках, и та с помощью череды ниток и рычажков приводила в движение веер над головой, который немного охлаждал воздух. «Это еще от колониалистов осталось, – сказал он, заметив, что мы все следим за движением ниточек. – Электричества же не было».

22 июля
২২ জুলাই

Мы остановились в месте «Симбиозис», это образовательный центр для местных женщин. Здесь учат компьютерной грамоте, вышивке, кройке, шитью, есть языковые курсы. На 6 и 7 этажах тут что-то вроде гостиницы-общежития. Мы разместились по комнатам с нормальными кроватями, столиками и общей верандой. В нашем блоке есть туалет и душ, просторная гостиная и 4 комнаты по 3 кровати. Чисто, светло и есть горячая вода. Выехали в госпиталь. Познакомились с директором, Джасной, очень доброй и милой дамой 42 лет. 

 Joshnara and the group.jpg

Прогулялись по госпиталю, болтали с пациентами, садились рядом с ними на их койки, обменивали фразами на своих языках, жали руки, обнимали. Наш визит их явно удивил.

Leprosy patient

Tb patient

В больнице мы подарили одной девочке маленькую игрушку Винни Пуха, которую Иви (одна из пяти бельгийских девушек) случайно носила у себя в рюкзаке. Этой девочке на вид лет 12, и она пришла проведать больную туберкулезом мать. От подарка ее глаза засветились счастьем. Смесь страха, неизвестности и радости – все в одном. Такой взгляд на улице не встретишь.

Tb patient

Пожилая пациентка, которую мы встретили в последней комнате не имела совсем ничего, только рваное сари. У нее нет ни родственников, ни знакомых. В ее глазах была скорбь, и дух ее был переломлен. Невероятно сложно было даже смотреть на ее увядающее тело, пустые глаза, сухие кости и страх, наполнявший каждое ее движение.

Tb patients

Мы бродили по улицам и встречали людей, с которыми моментально находили общий язык. Инженер, который провел нас по закрытому рынку в полутемноте, показал короткий путь на нужную нам улицу, с ним же мы позже выпили чай со сгущенным молоком в передвижном киоске, попутно обсудив смерть. Разговор шел на трех языках: английском, бенгали и русском: «Не стоит жить для себя и надо оставить след для последующего поколения», – фраза которую мне перевели на всех трех языках. Я согласился. 

এটা ভবিষ্যত প্রজন্মের জন্য একটি লেজ ছেড়ে প্রয়োজন

23 июля
২৩ জুলাই

Рабочий день. Хотя рабочим его сложно назвать: мы находимся в искусственных условиях, хоть и приближенных к реальным. На работу уходит очень много энергии, все силы будто выходят с потом. Потеешь очень много, к обеду футболку можно выжимать. Я даже не хочу думать каково это – работать целый день, как это делают местные рабочие.

Многие здесь видят белого человека впервые, а работающий белый человек – вовсе что-то невозможное. Проходящий народ просто останавливается и смотрит на «чудо». Соседские дети, школьники, рикши – все останавливаются и смотрят на нас, за день набирается около сотни человек. Иногда мы отвлекались и пробовали заговорить с детьми, которые пугались нас и убегали. Много женщин в чадре пытались с нами общаться, но ничего более «ХаллоХаВаЮ» они не моги сказать. Именно так, без пауз. Думаю, они и смысла не знали. Но мы исправно отвечали такой же заученной фразой «АймФайнСэнксАндЮ?» Ответа мы не слышали ни разу.

Neighbour

Garo people

24 июля
২৪ জুলাই

Вчера нашел учебник по бенгальскому языку. Немного почитал. В языке нет привычных нам арабских цифр, и в обиходе их не встретишь. Я отыскал страницу с числительными и переписал их в блокнот.

В 9 утра мы выдвинулись к границе с Индией, это всего в паре десятков километров от нас на север. Граница хоть и есть, но очень условная, тем не менее бенгальцам нужна специальная бумажка-виза для пересечения границы, и наоборот. Водители на границе меняются: водитель-индус выходит, а в его машину садиться водитель-бенгалец. Сделано это из-за большого риска распространения болезней. Бангладеш, в отличие от Индии, активно борется с туберкулезом и лепрой и всячески блокирует въезд индусов на территорию страны.

Bus stuck

Города в Бангладеше практически одинаковы: одинаковые киоски с чаем, цирюльни, сигаретные забегаловки, столовые. Все они оформлены также абсолютно одинаково: дерево, обрывки картонок, шифер и листы металла.Не зная, где ты, так и не поймешь, пока не спросишь. Пахнут они тоже одинаково: смесью жженого мусора и мочи, грязи и готовящейся еды.

The garbage

Rain has come

25 июля
২৫ জুলাই

Завтрак был похож на все предыдущие. Я уже стал уставать от однообразной еды: лепешка, жареное яйцо, какой-то овощной соус и банан. И так все предыдущую неделю.

Сегодня мы заехали в семью пациента, у которого лепра парализовала руки, работать он не может. Его единственная надежда – дочь, которой фонд помогает с поступлением в университет. Живет эта семья в скудном жилище гаражного типа. Сырое и темное помещение 3×3 м вмещает 4 человека. Все удобства на улице, кухня на улице, готовят только на открытом огне. Вода из колонки.

Мы уедем, они останутся.

OSI_2958.JPG

28 июля
২৮ জুলাই

Работа изнуряет. Таскали цемент, причем как местные, на голове. Рабочие из пустых мешков сделали нам шапки, чтобы не давило сильно на макушку. Руки отваливаются, шея еще на месте. Температура сегодня около 50 наверное. Ходить можно только по теньку от деревьев. Пол вовсе слег, подхватил температуру и в обед остался лежать в столовой. Я пока держусь и пытаюсь бороться с болезнью с помощью витамина С и воды. После обеда перебирали песок через сито, очищая его от мелких ракушек и камушков. Теперь настал черед коленок. Ноги от долгого сидения немеют.

Sand screening

Нас удивил детский врач, на прием к которому мы попали. Вокруг него толпой стояли женщины и просовывали ему своих детей. Кто просунул первым, тот и первый на прием. В очередь здесь категорически на становятся.

 Pediatrician

29 июля
২৯ জুলাই

Сегодня в больнице мы пошли смотреть на перевязку пациентов. Рабочее утро началось около 11, и этот сэкономленный час сделал весь день не таким напряженным, как обычно.

Hospital cell

Wound cleaning

Температура упала до 45, и работать стало много проще. Город был на удивление тих. Автобусов, постоянно сигналящих проезжающим машинам и прохожим, не было, да и прохожих было мало. Мы переместились уже на задний дворик больницы. Как мы выяснили, при температура за 40 жизнь останавливается. Как в Магадане, только при минусе 45.

После обеда, расположившись в тени переднего садика, мы стали разбирать вновь прибывшую кучу кирпичей. Сначала сортировали по качеству и расколотые бросали в сторону. Разобрали около 4000 кирпичей, на работу ушло около 4 часов. Потом мы окунали кирпичи в воду и передавали живой цепочкой рабочим, которые тут же строили ограду. Все шло дружно и без слов.

1 августа
১ আগস্ট

Джасна предложила съездить в одну мастерскую и купить вещи ручной работы. Как выяснилось, магазин находится в соседнем городе, в 69 км от нас. Дорога в пробках заняла около двух часов. В магазине полном одеял, покрывал, наволочек, рубашек, панджаби и салваркамис, мы провели около часа. Обратная дорога по пробкам заняла еще 2 часа.

drying clothers

Начался дождь, улицы в прямом смысле залило. Сточных канав тут не предусмотрено, и вода поднялась до уровня колен. Местные особо не удивлялись и шли по своим делам, закатив брюки. Ничего особенного, собственно. Спала вода так же быстро.

Движение постоянно осложнялось бесконечно снующими во все стороны рикшами или животными. Городского освещения здесь нет, вечером заметить их на дороге невозможно. Очень опасно.

2 августа
২ আগস্ট

Наша дорога проходит вдоль железнодорожного пути, и некоторое время мы шли наравне с поездом, на крыше которого ехали люди – безбилетники-смертники. Это абсолютно нормально. Плотность населения не позволяет всем купить билет на нужные даты, и на крышах путешествует не меньше людей, чем внутри поезда.

OSI_5131.JPG

6 августа
৬ আগস্ট

Последний рабочий день. В прямом смысле я считал минуты.

С самого утра мы поехали в трущобы около железнодорожного переезда. Здесь живет около 1000 взрослых и 100 детей. Мы прошли в небольшое помещение, где разложили остатки привезенных вещей, а Джасна цепочкой выстроила детей около двери. Каждому по очереди досталось что-то. Люди толпились около входа, дышать было невозможно. Пока мы раздавали футболки, брюки и майки, некоторые дети пытались пойти по второму кругу, и, может, кто-то смог проделать такой фокус, суета не позволяла за всем следить. Толпа зевак наблюдала за нами. Думаю, без организации процесса раздачи нас бы просто разорвали на части.

Slums

Я заметил, что люди в любых общинах самоорганизовываются. Казалось бы – трущобы, но там есть старейшины, сословия, касты какие-то, особые законы, модели поведения, иерархия. Всегда есть глава, кто выступает за интересы всей общины. Такое маленькое государство. Как это все регулируется, мне неизвестно. Еще сложнее мне представить, чем живут такие общины и как их существование соотносится с государственным строем.

Dhaka street

В деревне-общине нас встретили песней, прославляющей гостей. Каждому из нас вручили по завязи местного цветка, я сохранили его и положил себе в блокнот. Нас попросили спеть в ответ, и мы этого ждали, так как уже знали такой обычай: в Индии если тебе поют, значит, и ты поешь в ответ. Бельгийцы пели какую-то детскую песню про солнышко и закат, жестикулируя и имитируя заход солнца за горизонт. Я не думал, что меня попросят спеть тоже, так как я был один, но доктор настоял. Я пел песню из мультфильма про крокодила Гену, про голубой вагон, и меня еще никогда так внимательно не слушали! Смысл им все равно был непонятен, так что я сказал, что эта песня тоже про солнце, только рассветное. Уже позже мы разговорились с Софи и выяснили, что их песня не про закат вовсе, как и моя не про рассвет.

Garo people

Garo people

Edema patient

8 августа
৮ আগস্ট

Сегодня у нас поезд в Дакку. В поезд набилось очень много народа, на крышу залезло ни меньше. Мы боролись за свои места, тыча билетами в уже занявших наши скамейки пассажиров.

OSI_5003.JPG

С нами нет сопровождающего, и переводить некому. Мы подружились с парнем, который сидел напротив, и всю дорогу вместе ели остатки бельгийских конфет. Потом мы посадили рядом с собой девочку лет 7, вытащив ее из толпы. А после пригласили еще и пожилую даму, которая любезно предложила нам закурить с ней. Мы отказались и угостили её все теми же конфетами.

Все городские торговые места, где мы появлялись и покупали что-то или пили чай, автоматом становились привлекательными, и толпы людей тут же покупали то же самое или заказывали тот же чай. Необычный эффект – маркетинг белого человека.

Tea kiosk

Open market

Barber

Я впервые с начала путешествия задумался о том, что через каких-то 6 дней все закончится. Мне ужасно этого не хотелось. Страна казалась не такой страшной. Мне еще многое предстоит осмыслить, но одно ясно – я стал проще.

9 августа
৯ আগস্ট

Сегодня мы направляемся в Бандербан – область на юге страны, недалеко от бенгальского залива.

Banderban

Своего ночного поезда мы так не дождались, по неясной причине его задержали на 5 часов (говорили, что состав сошел с путей). Решили ждать на вокзале, так как выбираться придется около двух часов, да и ехать некуда. Два последних дня мы спали очень мало. Я проспал калачиком, в прямом смысле, до 4 утра. Поезд пришел только в 7.

Тут нет ограничений в зоне комфорта, поэтому расстояние между собеседниками может быть всего пара сантиметров. Люди максимально плотно подходят друг другу, заглядывают через плечо или похлопывают по спине.

Longterm smoker

Пару раз потом в поезде я засыпал, но спал не больше получаса. Сиденье мое было сломано, и нормально сесть или лечь было невозможно. Так что я облокотился на фрамугу, высунулся и остаток пути смотрел в окно.

Поезд часто останавливался, и при любой возможности активизировались попрошайки на перроне. Было шумно, вагоны наполнялись торговцами орехами, самсой, напитками или водой. Шли слепые, пели песни, несли куриц, раздавали рекламки. За окном жизнь тоже не останавливалась. Мальчишки таскали воду на продажу, кто-то продавал вееры, газеты, предлагали бананы. С крыши слазили люди, стаскивая какой-то скарб, на крышу запрыгивали новые пассажиры, таща за собой огромные чаны с креветками. Все двигалось одним плавным потоком, перетекая и не мешая друг другу.

Train's life

11 августа
১১ আগস্ট

Океан в трех часах езды от нас. Снова пробки, кафешки, придорожный туалет, сумасшедшая езда по встречной.

Уже почти стемнело, когда я услышал возглас Софи: «Море!» «Море?», – подхватила Мартин. «Море!» – вырвалось и у меня. Мы были наконец у воды. Наш отель был совсем рядом с пляжем. Была уже глубокая ночь, когда мы подошли к заливу. Видно было немного, но было ощущение моря, ветер раскачивал воткнутые в песок флаги Бангладеша.

OSI_5683.JPG

Я выдохнул весь воздух из легких. В этой поездке собрались представители трех мировых океанов: Атлантический (бельгийцы), Тихий (русский) и Индийский (бенгальцы). И теперь все мы стояли, молчали и смотрели вдаль, размышляя.

Основные критерии жизни – это гармония и баланс, в себе и вне себя, но только у моря едва уловимый критерий равенства тебя и мира вокруг становится осязаемым. 

জীবনের প্রধান মানদণ্ড – এটা নিজেদের মধ্যে এবং নিজেদের বাইরে সাদৃশ্য এবং ভারসাম্য.

13 августа
১৩ আগস্ট

Идет дождь. Я очень сильно устал от переездов, голова отяжелела. За последние два дня мы находились в дороге около 20 часов с редкими короткими передышками. Дакка наводнена людьми. Тут безумно шумно, ни секунды покоя. Порой хочется взять «выходной» и посидеть вдали от всей этой мышиной возни.

Dhaka noise

15 августа
১৫ আগস্ট

Ночью, в 2, я встал проводить группу. Они вылетали в Бельгию в 6 утра. Я остался один. Неправильно это как-то. В этот раз не хотелось принимать одиночество, казалось бы, привычное для меня.

Dhaka

Мы много беседовали на протяжении всей поездки. В разговор могли включаться совершенно незнакомые люди, и никто не был против. Многие просто стояли и наблюдали за ходом рассуждений. Город и люди очень колоритны, имеют свой характер. Культура Запада пришла к ним сама, и это совершенно не смущает.

На днях я разговаривал с Полом, и мы пришли к мысли, что человеку вне зависимости от возраста нужно найти оптимальное сочетание двух критериев: дома и мира. Сейчас я не дома. Я в мире. 

আপনি দুটি মানদণ্ড অনুকূল সমন্বয় খুঁজে বের করতে হবে: হোম এবং বিশ্বের. এখন আমি বাড়ি থেকে দূরে আছি. আমি এই জগতে আছি.

Бывало, я чувствовал себя не важно. Болела голова, наверное, была и температура. Проверить это было все равно невозможно: градусников мы с собой не брали. Много работал, уставал, что сил даже на душ не было; смотрел на увядающих пациентов, пытался с ними общаться на языке жестов; улыбался; замирал от хаоса и суеты местных жителей; разглядывал кучи мусора; удивлялся; много думал. Жить в Бангладеше очень тяжело, мелкие события становится неважными моментально. Забываются. Так что свои проблемы я просто забыл. Их нет.

События 28 дней тесно спрессовались между одним рассветом и одним закатом. Теперь мне кажется, что это был всего лишь день. Момент взлета. В зоне досмотра и посадки в самолет аэропорта Дакки на всю стену висел баннер «Good by». Думаю, нерадивый дизайнер, сам того не понимая, помог мне с ответом на вопрос, который я задал себе в самом начале пути. И если все действительно «хорошо к», то Бог есть.


Если силы остались, то есть еще статья в газете «Магаданская правда» (выпуск № 76/20832 от 25 сентября 2015 г.), интервью телеканалу «Колыма+» и репортаж федерального канала ГТРК «Магадан». Огромная благодарность местным средствам массовой информации за освещение темы, а также Людмиле Овчинниковой за интерес, редактуру и зоркий глаз – Good bless us!


Мы уехали, они остались... 
আমরা বাকি, তারা ছিল...