Записки охотника

все, выставка, презентация, Жданов, Осипов, Гарипов, Алексеева, Выставка, Галдин, Пилипенко, беседа, Красная площадь, Мягков, оленевод, Путешествие, юбилей, Ярмарка, Владивосток, встреча, геологи, книга, Охотник, Якубек, культура, Либерман, Магадан, обзор, Отзыв, Парасоль, Седов, Усачев, Художник, Азбука, Голота, журнал, календарь, Лебедев, Мифтахутдинов, Моторова, музей, нарочито, Олейников, Радио, Садовская, Спутник, фотография, Цирценс, Шенталинский, экспедиции, Березский, Быстроновский, Володин, Вронские, Врублевская, Гулаг, Дальневосточный капитал, интервью, Итог, Колыма, краудфандинг, Лебедева, Лекция, Москва, Открытки, Райзман, рецензия, Сахибгоряев, Сидоров, сказки, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, 42, Damien, авиаперегон, Авченко, Аляска, арбуз, Байдарова, Бангладеш, Бельгия, Богданов, БРЭ, Владимир, Возрождение, волонтер, газета, герб, Гоголева, город, Донбасс, Дьяков, живопись, Жуланова, журналист, закулисье, золото, издательство, Индия, Кадцин, камень, Канада, каталог, Козин, Крест, Кузьминых, Лагерь, Латвия, Левданская, Мальты, Морской порт, Мурманск, несвобода, Олефир, Орегон, Пакет, Памятник, Переезд, Пилигрим, Питер, Полиметалл, Портленд, поход, почетный житель, Поэзия, Прусс, Разное, Редлих, Резник, Розенфельд, Рытхэу, Свистунов, СЖР, Сибирикс, Сорокач, стул, Суздальцев, США, творчество, Тенька, Тимакова, Тихая, туризм, Фентяжев, филателия, Ханькан, Церковь, Юбилей, Якутия, Яновский

Фотовыставка на ночь

6 ноября 2018 | Андрей Осипов

4 ноября 2018 года в рамках «Ночи искусств» Магаданская областная юношеская библиотека переняла эстафету передвижной фотовыставки Андрея Осипова «Люди оленного края». За последние годы Андрей совершил ряд экспедиций в северные районы Магаданской области. Основной темой этих поездок стала жизнь коренных малочисленных народов Севера. 

Участники ансамбля «ЯрарТор»: Евгений Тонток, Надежда Хечай, руководитель ансамбля Анна Кай и фотограф Андрей Осипов на открытии выставки «Люди оленного края»
Youth_Osipov_Kay.jpg


Впервые 40 фотографий из жизни оленеводов Колымы были представлены 31 мая 2017 года в Российской государственной детской библиотеке в Москве, в том же году выставку отправили на фестиваль коренных народов в Крым, а позже – на Восточный экономический форум во Владивосток. В Магадан фотографии добрались только к открытию съезда эвенов России в июне 2018 года, проходившем в областной библиотеке имени А. С. Пушкина. 

Немного о жизни оленеводов Андрей рассказал на открытии выставки. 
   

Пока правитель считает, человек молчит

Рассказывает Андрей Осипов:

– «Своих оленей глазами не считай, языком не считай. Наступит время – правитель сосчитает» – я не сразу придал значение фразе, сказанной оленеводом Андреем Амагачан при нашей первой встрече. Андрей работает в единственном сохранившемся оленеводческом совхозе Магаданской области «Ирбычан», спрятанного глубоко в тайге. За последние годы мне удалось совершить несколько экспедиций в эти необжитые места, описать современный быт оленеводов. Одну из первых поездок туда я запомнил ярче всего.
 

Андрей Амагачан
OSI_8872.jpg


Андрей Амагачан – бригадир, ответственный за жизнь оленеводов и стада. Вырос в тундре, до 7 лет кочуя с родителями. Затем – школа-интернат в Эвенске. Каждое лето он возвращался к семье, учился пасти оленей. В 1991 году пошел в армию, служил в Восточном Берлине. Жизнь большого города его не пленила, вернувшись в тундру, Андрей стал оленеводом. Но он – исключение.

Летом 2016 года я стал частью группы снабжения, которая везла скарб в его бригаду, в одну из пяти оленеводческих бригад совхоза. Сюда нет асфальтированных или грунтовых дорог, хотя с ноября по май добраться в Эвенск, мою отправную точку, можно по зимнику протяженностью 700 км. Это единственный способ доехать до районного центра по земле. Но я попал в поселок на Ан-24, рейс «Магадан – Эвенск» летает дважды в неделю.

Поселок Эвенск – столица Северо-Эвенского района Магаданской области. Две большие группы коренных малочисленных народов Севера – эвены и коряки живут на территории района. Как и раньше, их образ жизни связан с оленеводством. Сегодня врайоне зарегистрировано 1407 жителей, половина из них – коренные, и только треть знает родной язык
OSI_3650.JPG


Путь почти ко всем бригадам, расположенным в 200–300 км друг от друга, проходит через центральную усадьбу совхоза «Ирбычан» (малоснежный перевал – эвен.) в 200 км на Север от Эвенска. Совхозы, сменив традиционный уклад, появились здесь после революции 1917 года, когда оленьи стада были коллективизированы, а оленеводы стали зависимы от государства.

До усадьбы, или, как мы ее называли, – «базового лагеря» совхоза, добраться непросто. Ранним утром, устроившись в открытом прицепе КамАЗа, я настроился на долгую тряску. Первая часть пути – 40 км грунтовки до поселка Гарманда, а дальше «дорога» все время петляет по руслам рек и лесу. Поздним вечером, через 13 часов болтанки, мир вокруг наконец остановился.

Дорога до Гарманды
OSI_3140.JPG


В базовый лагерь, окруженный лиственничным лесом, мы въехали через бревенчатые ворота. При беглом осмотре стало ясно: здесь есть все для ремонта техники, которую используют оленеводы. Наш КамАЗ припарковался вдоль забора, рядом стояли дизельный трактор, несколько давно брошенных «буранов» – снегоходов, и вездеход. По обе стороны единственной улицы – дома, не больше десятка. Тут останавливаются оленеводы на пути кочевок, пережидают непогоду путники.

«Ирбычан». В начале 30-х гг. для освоения территории Северо-Востока был организован трест «Дальстрой». Оленей начали активно использовать для доставки грузов к месту работ. К 1937 году в совхозах треста паслось около 18 тыс. оленейOSI_2283.JPG


Некоторые домики выглядят основательно, собраны из бревен – наследие Дальстроя, когда в начале 30-х гг. прибывшие на Колыму геологи-первопроходцы начали активно использовать оленей для разведки территории. «Оленьим транспортом» перевозилась половина всех грузов. К месту работ, нередко за сотни километров, нужно было добираться по целине: впереди шли геологи, торя путь, а сзади уже по набитой тропке олени тащили доверху нагруженные нарты (сани). Геологи и сейчас часто гостят на «Ирбычане», совсем недавно неподалеку были открыты богатые месторождения золота и серебра.

Для аборигенов олень – священное животное, основа жизни. А вот для «чужаков», пришедших осваивать этот край, олень – гужевой транспорт. «Наевшись своего любимого ягеля, олени ночью спускаются с сопок, нахальными толпами бродят между нарт, обнюхивая и проверяя не ими положенное. Жадными слюноточивыми зубами вгрызаются в мягкую мешочную тару, норовя сожрать муку, сухие овощи и прочие продукты, с отчетливо выраженным намерением обречь нас в будущем на муки голодной смерти». – Так писал в своих воспоминаниях Борис Вронский, первооткрыватель месторождений золота и угля на Колыме.

Центральная усадьба совхоза «Ирбычан»
OSI_2289.jpg


Несколько домиков явно переделаны для жилья из 20-футовых контейнеров. К слову, в таких же балкáх, стоящих повсюду, хранится комбикорм, продовольствие для оленеводов – продукты с длительным сроком годности: масло, мука, растительное масло, рис, гречка, сгущенка, консервы, сухой картофель, лук, морковь.

В одном из контейнеров мы заметили и старые деревянные нарты. Нарты явно были собраны без использования гвоздей, а в местах креплений связаны тонкими ремнями из оленьей шкуры. Это дает хорошую гибкость и без того легким и мобильным нартам, их невозможно переломить, перемещаясь по кочкарнику или набитому снегу. Сегодня скарб оленеводов перевозится на больших санях-обозе, которые тянет за собой небольшой трактор. Тем не менее все еще есть бригада, где для кочевки используют оленей.

Стан бригады и стадо порой разделяют несколько километров. В 1960-х в оленеводстве начались широко использовать авиацию, тракторы. Советское поколение пастухов и вовсе знало только один способ кочевки – с помощью техники. Но сегодня оленеводы используют и нарты, и трактор для перекочевок 
OSI_2257.JPGOSI_4649.jpg


В усадьбе живет постоянно только одна семья, муж и жена, бывшие оленеводы, заехавшие сюда 18 лет назад. Они диспетчеры, их голос, искаженный помехами старой советской радиостанции, знаком, наверное, каждому пастуху. По договоренности здесь 4 сеанса связи в день с 9:00 до 18:00. Рядом с их аккуратным домиком – большой огород с капустой, картофелем, две теплицы с огурцами и морковью. Неподалеку поленница с дровами, бочки с водой. Все наготове.

Ольга Березкина – смотритель усадьбы, диспетчер
OSI_5443.jpg


В одном из гостевых домиков мы собирались переночевать. В избе, кроме небольшого холодного тамбура с импровизированной вешалкой, скамейкой и навесным умывальником, большая комната с 8–10 нарами со слегка подпорченными полосатыми матрасами. Посредине комнаты стояла кирпичная печь, центрального отопления здесь, конечно же, нет. По вечерам мощный дизельный генератор вырабатывает электричество.

Гостевой домик «Ирбычана». Александр Элрика
OSI_2318.jpg


Утром, позавтракав остатками ужина – бульоном из оленины, мы загрузили в наш КамАЗ скарб, который бригада Андрея просила захватить. Еще 60 км бездорожья мы протряслись за 3 часа. Проехав последнюю на нашем пути широкую долину, мы заметили две маленькие белые точки – палатки.


В бригаде

В небольшом стане бригады было две семьи. Каждая пара жила в брезентовой геологической палатке в паре десятков метров друг от друга. Неподалеку стояла еще одна маленькая палатка, где ютились два оленевода, как мы выяснили, приехавшие помогать с выпасом. Вдалеке у ручья виднелись трактор и сани-обоз. Дизельный генератор, который заводится по вечерам на пару часов, находился чуть в стороне, провода от него небрежно тянулись по земле ко всем палаткам. Удлинители в местах соединений друг с другом на случай дождя прикрывали то пластиковые, то алюминиевые тазы.

Общий вид стана бригады
OSI_8426.jpg


«Даровá дялбу! (здравствуйте, друзья) – поприветствовал нас Андрей, – спокойно живем. Не ждем тех, кто должен к нам приехать, и не провожаем тех, кто должен от нас уехать». Мы вошли в палатку. Жена суетилась у стола, выкладывала из огромной алюминиевой кастрюли варенную оленину. Готовка и выполнение рутинных домашних забот забирают почти все ее время. Она – хранительница палатки-юрты, чумработница, если хотите.

Андрей Амагачан с уловом хариуса 
OSI_8841.jpg


Еще в советское время оленеводы заменили традиционную юрту на палатки с прямыми стенками и покатой крышей – это эргономичнее, да и спят они теперь в теплых спальниках, а не кукулях, традиционном спальном мешке, сшитом из шкур оленя. Встать в полный рост внутри палатки у меня не получилось – не хватило высоты. Пол устлан ветками стланика или лиственницы, сидеть или спать на таком ковре гораздо удобнее. Здесь уютно, чисто.
 

Современная палатка сменила традиционную юрту. После революции у коренных жителей края появилась письменность на основе кириллицы. Как и раньше, до 7 лет дети оленеводов кочуют с родителями, а потом учатся в школе-интернате поселка Эвенск, приезжая к родителям только на каникулы. Лада Коркопская в стане бригадыOSI_2844.jpg


Слева от входа стояла металлическая печь-«экономка», от нее наружу, изогнутая в форме сапога, шла труба. Печь – место готовки, а в зимний период еще и спасение от 40-градусных морозов. По длинным сторонам палатки – односпальные кровати-настилы, на них лежали классические полосатые односпальные матрасы, покрытые шкурами оленей. Олений волос полый внутри, шкура отлично держит температуру. Даже просто укутавшись в нее зимой, есть шанс пережить ночь.

Вареная оленина – самое распространенное блюдо
OSI_2382.JPG


Низкий «чайный» столик стоял в центре. Не расспрашиваяменя пригласили усесться поближе к столу, отдохнуть с дороги. Я сел на корточки в дальний угол. На столике лежал брикет сливочного масла, большая коробка рафинада, ножом открытая сгущенка, заварник с чаем. Чай пах можжевельником. Небольшая стопка жареных лепешек из дрожжевого теста, заменяющие хлеб, громоздилась в центре стола. Рядом стоял круглый деревянный поднос с вареной олениной, а в чайных кружках парил бульон. Когда гости уселись хозяйка положила на стол пластинки вяленой оленины – хилты, своеобразный «энергетический батончик». К вареному куску мяса подали нож. Понемногу отрезая мясо от кости я прихлебывал бульон. Гарниры тут редки. Хотя, конечно же, встречается и рис, и гречка, и сухой картофель.

Хозяйка юрты Оксана Нутелхут жарит лепешки
OSI_5168.jpg


За моей спиной, у задней стенки палатки, которую украшал узорчатый плед, – радиостанция для связи с «Ирбычаном». Одинокая цоколь-лампочка торчала по центру, между двух балок во всю длину палатки, на которых сушились болотные сапоги, свисали недавно выстиранные штаны.

По словам жены Андрея, стирка в лагере требует небольших усилий. Эта классическая схема знакома многим старожилам. На печи нагревается большая кастрюля воды. Пока вода закипает, в ней откисает грязная одежда. В слегка закипевшую воду насыпается стиральный порошок или трется кусочек мыла, по мере кипения все перемешивается несколько раз палкой. После получасового кипения вещи прополаскивают в чистой проточной воде, сушат. Раз в неделю палатка становится баней. Вода греется на печке. Иногда летом здесь прогреваются небольшие пруды и ручьи, так что пастухи и их семьи могут в них легко помыться, экономя время. Полных семей в пяти бригадах совхоза мало. Жить в тайге с малышом – не очень популярный выбор современных женщин.

Беседа за едой спорилась. Из моего угла в открытый полог палатки хорошо виднелось стадо, олени были у водопоя. Два пастуха, дождавшись, пока олени напьются, погнали их в нашу сторону, ближе к стану. Звук хоркающих оленей становился все громче. В общей бесформенной массе постепенно стали различимы рога, а после заметны стали и оленята, быстро бегущие за важенками – матерями. Подойдя вплотную к палаткам, стадо сбилось в круг, внешний периметр которого был в постоянном движении, спасаясь от гнуса. Мы вышли к ним. Оленей уже со всех сторон караулили пастухи, загоняя особо наглых и разбредающихся обратно в круг.

Бег по кругу со сменой участников. Сегодня на Колыме крупностадное оленеводство. Бригады пасут по 1-2 тыс. оленей для последующего забоя. Хотя век назад здесь встречались и малооленные, до 100 голов, стойбища, – оленей использовали только для перекочевки,а в пищу шли дикие
OSI_1603.jpg


Заметив крупного самца, Андрей вдруг побежал. Замахнувшись, он метнул маут на убегающего оленя, аркан ювелирно прошел до самого основания рогов, намертво затянувшись в петлю. С трудом удерживая оленя, постепенно подбираясь, Андрей подтягивал маут к себе. В этот момент другой оленевод, подкравшись со спины брыкающегося самца, ловко схватил его за рога. Скрутив голову, пастух завалил оленя на землю, придавив его всем своим весом. В одиночку удержать оленя на земле практически невозможно. Андрей, подбежав, достал нож и перерезал веревку с ботало (колокольчиком) на шее оленя. «Добрый дух передал удачу с вами», – сквозь сбитое дыхание сказал Андрей. Как оказалось, веревка уже давно душила заматеревшего самца, но ни ему, ни пастухам все никак не удавалось поймать беднягу – глухой звон отпугивал важенок, не давая приблизиться к ним. По ботало сразу видно быков – альфа-самцов стада, а еще звон отпугивает волков, медведей. В ночное время по звуку определяют, где стадо сейчас.

Оленевод Андрей Амагачан за отловом
OSI_8601.jpg



Пока мы с пастухами разгружали скарб из КамАЗа Андрей в ближайшей реке наловил рыбы. Удочка была простым ивовым прутом без снастей. Ловил на голый крючок. Уха из хариуса или горбуши, пожалуй, самое частое летнее блюдо, мясо на солнце быстро портится. К тому же, сейчас как раз время сбора грибов и ягод: жимолости, голубики, морошки, брусники. Тайга кормит. 
Промышленный забой в совхозе не производится. «Оленя мало», – расхожая фраза. Но для сына Андрея и родственников пастухов решили передать в Эвенск немного мяса.

Олень знает зачем к нему пришли... Андрей неспешно шел сквозь стадо, высматривая жертву, олени рассыпались по сторонам. Заарканенного 70-килограммового самца, навалившись всем весом, удерживали два пастуха. Попросив прощения у оленя, Андрей вонзил нож в сердце животного.

В 1991 году после распада Советского Союза десятки оленеводческих хозяйств области были приватизированы и со временем закрылись. Максимум оленьего поголовья – 152 тыс., пришелся на 1970-еOSI_5346.jpg


Оленя положили на свежесрубленный стланик. Ножом аккуратно отделили шкуру, шкура вокруг ног надрезалась с особой осторожностью – это камус, из него позже сошьют торбаса, – традиционную меховую обувь. Надрез вдоль брюха Андрей делал с невероятной точностью и легкостью, главное – не повредить желудок или кишечник, иначе придется дополнительно промывать тушу. Высвободив в стороне желудок оленя, он вывернул его наизнанку. Получившийся бурдюк наполнил кровью, скопившейся в брюшной полости. Позже из нее приготовят суп. Язык, печень, костный мозг и сердце считаются деликатесами. Кишки используют как оболочку для кровяной колбасы. Освежеванную тушу разрезали на части по суставам.

Вывернутый желудок – бурдюк, наполняют кровью
OSI_5397.jpg


Уже много позже шкуру с внутренней стороны очистят ножом от жира и жил, и на некоторое время оставят подсушиться. Потом ей предадут мягкость специальным инструментом – скребком, напоминающим ложку с длинной ручкой. Им удалят пленку с подсушенной кожи – верхний жировой слой, а затем шкуру смочат ягелем или спитой заваркой для увлажнения. После таких процедур шкура высохнет с ровной мездрой (подкожной частью шкуры), не закиснет, и ее легче будет скоблить и мять перед кройкой и шитьем. Кухлянка (зимняя парка), сшитая из такой шкуры, невероятно теплая и способна удержать комфортную температуру даже в самые холодные дни. В бригадах повсеместно носят пуховики, но современные материалы пока не в силах полностью вытеснить традиционные кухлянки.

Очистка шкуры от жил. Окрас оленя варьируется от темно-коричневого до черного или белого. Олений волос полый внутри, воздух внутри волоса дольше держит тепло.Северный олень живет до 20 лет, но редкий олень умирает своей смертьюOSI_0894.jpg


Часть туши оставили в бригаде, часть разложили по холщовым мешкам, подписав маркером фамилии тех, кому передать посылки с нашей полевой доставкой.


Смена

К вечеру стадо увели на пастбище. Радиальный маршрут заранее определяет Андрей, у него в подчинении 5 оленеводов (хотя в идеале нужно 8). Для работы все разбиты на пары, сменяя друг друга каждые 10–12 часов. Первая смена начинается в полночь, всю ночь оленеводы дежурят у стада, защищая оленей от хищников. В эту ночь пастухам спать удается крайне мало. С рассветом оленеводы уводят стадо на пастбища. Примерно к обеду стадо вновь пригоняют к стану, где олени и оленеводы отдыхаю. Вторая смена, вторая пара перенимает вахту. Второй радиальный маршрут займет чуть меньше времени, около 5–6 вечера стадо вновь уведут на пастбища, вернутся олени к полуночи. И теперь третья пара уйдет в первую смену, перехватив усталых оленеводов. И так по кругу. Кочуют оленеводы в поисках пастбищ каждые 3–5 дней, зимой – неделю.

Ночная смена
OSI_4361.jpg


Если пастухов меньше 6, меняются члены внутри пар, но тогда получается, что кто-то один не спит целые сутки. Надо сказать, что у каждой бригады могут быть свой график и договоренность о сменах и часах. Строгих правил здесь нет. Работать приходится круглые сутки в любую погоду. Если один из оленеводов серьезно заболевает в обязанности оставшихся переходят заботы заболевшего. А в случае неотложной помощи оленевода эвакуируют санрейсом. Раз в два года весной в бригады приезжает мобильный госпиталь.

В опустевшем лагере было по-домашнему уютно. Мы засобирались обратно в усадьбу. На следующий день, загрузив новую партию продуктов, наш КамАЗ двинулся к другим бригадам. Посылки от оленеводов оставили на «Ирбычане», их с оказией передали в Эвенск. Группа снабжения вернулась в поселок глубокой осенью.

Северный олень. Тундра реки Вархалам, 2017 г.
OSI_1927.jpg


Оленеводство – «анклав» этнической культуры коренных малочисленных народов края. Андрею Амагачан сейчас около 50. На мой вопрос «кто займет его место, когда он больше не сможет „быть с оленем“?» я не получил ответ. Не довелось мне узнать и точное поголовье оленей. Тут Андрей отвечал уклончиво: «Все, что есть у нас: годы жизни, число детей, оленей, собак – все дается уже сосчитанным и в заслуженном количестве».

Будущее оленеводства Магаданской области таит в себе много неопределенности. Но одно мне известно точно, «когда правитель считает, человек – молчит». Молчу.