Записки охотника

все, выставка, Жданов, презентация, Осипов, Гарипов, Алексеева, Выставка, Галдин, Пилипенко, Красная площадь, Мягков, Путешествие, юбилей, Ярмарка, беседа, Владивосток, встреча, книга, оленевод, Охотник, геологи, культура, Либерман, Магадан, обзор, Отзыв, Парасоль, Усачев, Художник, Якубек, Азбука, журнал, календарь, Лебедев, Мифтахутдинов, Моторова, музей, нарочито, Радио, Садовская, Седов, Спутник, фотография, Цирценс, экспедиции, Быстроновский, Голота, Гулаг, Дальневосточный капитал, интервью, Итог, Колыма, краудфандинг, Лебедева, Лекция, Москва, Открытки, Райзман, рецензия, сказки, стихи, Тенькинская трасса, фестиваль, фото, 42, Damien, авиаперегон, Авченко, Аляска, арбуз, АСКИ, Байдарова, Бангладеш, Бельгия, Березский, Богданов, БРЭ, БСЭ, Владимир, Возрождение, Володин, Вронские, Врублевская, вуз, газета, герб, Гоголева, город, Донбасс, живопись, Жуланова, журналист, закулисье, Знак, золото, издательство, Индия, история, камень, Канада, каталог, Козин, Крест, Кузьминых, Лагерь, Латвия, Левданская, Мальты, мельница, Месягутов, Морской порт, несвобода, Олейников, Олефир, Орегон, охотник, Пакет, Памятник, Пилигрим, Питер, Полиметалл, Портленд, поход, почетный житель, Прусс, Путеводитель, Разное, Резник, Рытхэу, Сахибгоряев, Свистунов, СЖР, Сибирикс, Сидоров, стажировка, Степанов, стул, Суздальцев, США, творчество, Тимакова, Тихая, Урчан, Фентяжев, филателия, Церковь, Чукотка, Шенталинский, Юбилей, Яновский

Возвращенный Мифтахутдинов

25 января 2018 | Василий Авченко

Trehtomnik_Mifta.jpg

Друзья звали его просто: Алик, Мифт или Мифта — с ударением на последний слог. Литературная биография Альберта Мифтахутдинова — певца Чукотки и Колымы — началась с публикации в журнале «Смена» в 1963 году рассказа «Я привезу тебе кактус». Через четыре года в Магадане вышел первый сборник — «Расскажи про Одиссея». За ним последовали другие: «Головы моих друзей», «Виза в тундру», «Очень маленький земной шар», «Аттаукай — похититель женщин», «Время игры в Эскимосский Мяч», «Совершенно секретное дело о ките», «Закон полярных путешествий»… Произведения Мифтахутдинова выходили в Магадане, Владивостоке, Москве, переводились на другие языки.

После сборника «Крестовый поход на блондинок», выпущенного Магаданским книжным издательством в 1994 году, все оборвалось. Вскоре исчезло и само издательство. Книги Мифтахутдинова до последнего времени можно было найти лишь у букинистов. Но вот в 2017 году, к 80-летию со дня рождения писателя, магаданское издательство «Охотник» выпустило трехтомник Мифтахутдинова. Это не только его первое собрание сочинений, но и вообще первое почти за четверть века книжное издание. Первые два тома (I томII том) были представлены и отмечены наградами на книжном фестивале «Красная площадь» в Москве и «Печатном дворе» во Владивостоке. Перед самым Новым годом вышел в свет заключительный — третий том.

…Жизнь Альберта Валеевича Мифтахутдинова (1937–1991) — настоящий учебник советской географии: родился в Уфе, детство провел на Северном флоте, где служил отец. Окончил журфак в Киеве — и махнул на Чукотку, которую исходил, облетал, обплавал, объездил на собаках. На Севере остался навсегда. Работал журналистом, геологом, инспектором «красных яранг», ихтиологом, редактором киногруппы — кем только не работал. С 1973 года жил в Магадане. Редактировал альманах «На Севере Дальнем», руководил писательской организацией. Скончался в Москве — в командировке, похоронен в Магадане.

Мифтахутдинов — один из самых ярких писателей-«северян» второй половины ХХ века (здесь сразу же вспоминается имя Олега Куваева, автора знаменитой «Территории», дружившего с Мифтахутдиновым). Они вели свою литературную родословную от Джека Лондона, Ремарка, Хемингуэя… Север был для них территорией борьбы и свободы. Мифтахутдинов, хоть и написал как-то о затасканности слова «романтика», защищал в своих книгах романтический взгляд на жизнь: к чему торопить суровую реальность, которая все равно тебя настигнет?

Писатель Альберт Мифтахутдинов. 1991 год, незадолго до смерти. Фото: В. Сертун
АМ.jpg

«На Севере с семи лет, — писал он о себе. — А когда столько лет живешь на Севере, то уже и не мыслишь себя в других краях, только разве во время отпуска». «Земля носит разных людей, но Север отбирает немногих», — писал дальневосточный прозаик, эколог Анатолий Лебедев. А вот один из героев Куваева: «Мороз людей человеками делает». Магаданский литератор Валерий Целнаков: «Север стал понятием не географическим, а нравственно-социальным». Мифтахутдинов: «На Севере нет микробов и гадов. Север стерилен». В текстах «северян», сформулировавших свой, полярный кодекс человеческого поведения, закодирована матрица времени и места. Это Дальний Восток и Крайний Север эпохи позднего Союза — со всеми надеждами, поисками, победами и разочарованиями населявших то пространство и ту эпоху людей.

Руководитель «Охотника» Павел Жданов думал об издании Мифтахутдинова не один год. Идею удалось воплотить при финансовой поддержке администрации Чукотского автономного округа — недаром именно о Чукотке Мифтахутдинов писал больше всего. А готовили издание, что называется, всем миром. Разнообразную помощь оказывали друзья, читатели, почитатели из Анадыря, Владивостока, Москвы, Междуреченска и т. д.

Издание не претендует на академичность, но включает почти все написанное Мифтахутдиновым. В первый том под названием «Головы моих друзей» вошли рассказы, во второй том — «Очень маленький земной шар» — повести. Пожалуй, самым долгожданным был третий том. Его составили очерки, переписка, воспоминания, редкие фото. Вот очерки Мифтахутдинова, опубликованные в чукотской, колымской, центральной периодике 1960–1980-х: «Розовые чайки», «Ключ от Заполярья», «Привет с 70-й параллели», «По следам Алитета» (имеется в виду прототип заглавного героя некогда знаменитого романа Тихона Сёмушкина «Алитет уходит в горы»), «Песни большого сердца» (1963) — о юной тогда поэтессе Антонине Кымытваль, ушедшей из жизни в 2015-м. Рисунки, рукописи, письма, настуканные на машинке с прыгающим шрифтом или написанные цветными фломастерами… — эту книгу, воссоздающую образ целого поколения, можно не только читать, но и разглядывать.

Фарли Моуэт и Альберт Мифтахутдинов в Магадане. Фото: Ф. Редлих
Моуэт_Мифта.jpg

Многие воспоминания друзей, родных, литераторов, геологов написаны специально для третьего тома, другие взяты из изданий прежних лет. Сестра Альбина, сын Олег, дочь Наталья (ныне — редактор газеты «Вечерний Магадан» и мама маленького Альберта); поэт Анатолий Пчёлкин, геолог Сергей Рожков, определивший Мифту как «человека блистательного добра», писатели-северяне Юрий Рытхэу, Борис Василевский, Владимир Христофоров, художник Валерий Цирценс, бывший колымский фотокорреспондент АПН Фёдор Редлих, запечатлевший в магаданской коммуналке Мифтахутдинова канадского писателя Фарли Моуэта, который в 1969-м приезжал в столицу Колымского края… О той поездке ходит немало мифов. Редлих пишет, что история о дерзком умыкании Моуэта из-под надзора чекистов — преувеличение: «Наши друзья из КГБ дали свое «добро», и все выглядело так, будто мы вопреки установленной программе самовольно отлучились». Моуэт тогда по достоинству оценил мифтахутдиновский «коктейль» из зубровки с портвейном. А вот и владивостокцы: поэтесса Раиса Мороз, директор краевой библиотеки имени Горького Александр Брюханов, в свое время убедивший Иннокентия Смоктуновского записать для Приморского радио рассказ Мифтахутдинова «Звонок в Копенгаген», в котором молодой чукча мечтал позвонить Гамлету. Литературный критик Александр Лобычев вспоминает, как встречался с Мифтахутдиновым в 1987 году во Владивостоке на писательском форуме: «Гостей поселили на пришвартованном в бухте Золотой Рог теплоходе «Михаил Шолохов». Свирепствовал перестроечный «сухой закон», но на теплоходе работал бар, куда стекался после официальных мероприятий писательский люд. Помню, как Алик, небольшого роста, черноволосый и темноглазый, напоминающий медвежонка, передвигался по залу этаким энергетическим сгустком дружелюбия…»

Нынешнему читателю, особенно молодому, фамилии «северян»: Куваева, Рытхэу, Мифтахутдинова, Балаева, Васильева… — мало что говорят. Хотя эта литература — такой же стратегический ресурс, как колымское золото. Тундра, море, снег… — это верхний пласт. Второй и главный — вечные вопросы о выборе, призвании, месте человека в жизни.

Оригинал статьи: novayagazeta-vlad.ru